Воспоминания
dmitry_franz
В данном посте я бы хотел опубликовть рассказ 11-летней давности. Мне самому было тогда 17 лет. В то время я писал рассказы: в основном юмористические. Это - мой первый опыт написания "боевика".  Рассказ написан под влиянем книг Ю. Никинтна: все эти юсовцы, антиамериканские настроения, клише о сверхценности жизни для американцов - это все отттуда.
Ничего не исправлено, и не добавлено.
Напомню - автору 17 лет. 2004 год.




ЖИЗНЬ, КОТОРОЙ НЕ БЫЛО

Я молился. И, пожалуй, первый раз в своей жизни искренне. Стоя на коленях, закрыв глаза… И чувствуя затылком холодный ствол пистолета. Сейчас террорист нажмет на курок и мои мозги разлетятся по всему подвалу, забрызгав и без того сырой песок, повиснув комочками на стенах и потолке.
Говорят, перед смертью вся жизнь человека проносится у него перед глазами за один миг. Врут, наверное. Перед моим внутренним взором раз за разом возникают события последнего, судя по всему, дня моей жизни.
Раз за разом. И снова.
Я очнулся где-то десять минут назад и первым, что увидел, был песок. Сырой песок подвала, куда меня приволокли непонятно зачем. Потом перед самым лицом я увидел пару дешевых китайских кроссовок с эмблемами «Nike»,  которые, словно в подтверждение того, что они – не галлюцинация, несколько раз чувствительно пнули меня в лицо, а руки хозяина кроссовок грубо вздернули меня за плечи и поставили на колени. Террорист за спиной принялся зачитывать какой-то идиотский приговор, обвиняя всю Америку и меня в частности в геноциде великой русской культуры, в развращении нравов и еще в чем-то страшном. Он говорил по-русски, и я понимал каждое слово – бабушка-эмигрантка в свое время обучила языку.
Все это было десять минут назад. А до этого (час назад? два? день!?) был стандартный маршрут моего патруля, плоские, пошлые, но все равно чертовски смешные шуточки Хьюго, здоровенного белозубого негра, способного залпом выпить бутылку виски, был привычный вес винтовки в руках, улыбки и хитрые подмигивания встречных девушек. Еще был короткий дымный след из переулка, громкий взрыв, странно плотный и горячий воздух… А затем песок, «Nike» и ствол пистолета на затылке. И дикая головная боль. Я закрыл глаза и начал молиться.
Умирать не хотелось. Нет, было не страшно, не противно, а именно не хотелось. Как не хочется заступать на маршрут в воскресенье, но если по поводу патрулирования можно договориться с подлизой и карьеристом Паркинсоном, то с террористом из РНЕ (а кто еще осмелится поднять руку на американского солдата?) договориться не получится.
На стене напротив, которая вот-вот будет забрызгана моей кровью, надпись по-русски: «Смерть оккупантам!». Это про меня. Это я – оккупант. Злой американский захватчик, пришедший поработить русский народ. Господи, ну какие же идиоты! И ведь не объяснишь, что патрули охраняют лишь территорию вокруг посольства США, ну еще пару ближайших кварталов. Охраняют от террористов, которые убивают американских граждан  по всей Москве, взрывают машины и квартиры,  настраивают людей против граждан США.
«Смерть оккупантам!»
Теперь понятно, почему у меня свободны руки и ноги – зачем сначала связывать, а через полчаса развязывать тугие узлы, если от пули в затылок все равно не увернешься?
Террорист закончил читать нелепый приговор, и я вдруг с пугающей остротой ощутил, что сейчас в грязном подвале какого-то московского дома оборвётся жизнь Джона Файтера, сержанта роты при охране посольства США в Москве, и ничего нельзя изменить.
Сердце забилось чаще. А в принципе, что я теряю? Руки свободны, резкий рывок назад и в сторону, захват кисти, как учили. Может, удастся выбить пистолет. Надо, конечно, быть реалистом, шансов практически нет, мне должно просто фантастически повезти, но в любом случае, пусть грязный террорист увидит, что американский солдат борется за жизнь до конца, ибо жизнь – это единственная ценность, что есть у человека!
Бог мой, как же болит голова…

***

Грязные серые стены качаются перед глазами, я бреду, загребая ногами песок, вдоль влажных водопроводных труб, в поисках выхода из вонючего подвала. В голове все еще звон от выстрела, теплая кровь течет по щеке и затекает за воротник камуфляжа. Противно.  Пальцы дотронулись до опаленного выстрелом обрубка, еще пару минут назад бывшего моим левым ухом, и острая боль на миг стала просто ослепляющей. Накатила дурнота, голова закружилась, я вновь упал на колени, и меня стошнило, забрызгав руки. Чернота в глазах нехотя рассеялась, я поднялся, вытер руки о штаны и двинулся дальше. Ублюдки из РНЕ обчистили все карманы: нет ни бинта, чтобы перевязать рану, ни телефона, чтобы позвонить своим, ни обезболивающего. Все, что есть – это пистолет Макарова, позаимствованный у убитого террориста. Но главное – я жив. Осталось найти выход из чертова подвала, а там уже будет видно.
Старая, обшарпанная дверь с сорванным замком, ведущая наружу, нашлась быстро,  но взявшись за ручку, я остановился. Ведь за дверью могут оказаться террористы, ожидающие товарища, и тогда Костлявая наверняка заберет мою душу.
Помню, когда бабушка была уже не в силах встать с кровати, а я плакал у ее подушки, бабушка говорила: «Двум смертям не бывать, а одной не миновать». Не миновать, подумал я и потянул дверь на себя.
На улице был вечер. И никаких террористов. Поднявшись по заплёванным и зассаным ступенькам, я вышел во двор панельного десятиэтажного дома и сразу удивился пустоте, царившей вокруг. Ни один фонарь не работает, лампочки давно разбиты местной шпаной, пара припаркованных автомобилей и ни одного человека. Не было даже подростков, которые вечно тусуются у подъезда, пьют пиво и тискают девчонок. Что-то тревожное разлито в теплом летнем воздухе, но что именно, неясно.
Я пробрался вдоль стены дома, выглянул на проезжую часть. Кажется, я попал в ад.
Горели машины, За разбитыми витринами магазинов стояли обнаженные и испачканные гарью манекены, по асфальту рассыпано битое стекло. Группа ребят в новеньких кожанках деловито, без суеты, обносила магазин бытовой техники. Увидев меня, они остановились, поставили коробки на землю, и пошли в мою сторону с явным намерением набить морду американской сволочи.
Я рванул из-за пояса пистолет.
- Стоять!
Они остановились. Самый здоровый, двухметровый бритый амбал, медленно потянулся ко внутреннему карману куртки. Выстрел в воздух вернул его ругу на место.
- Стойте, где стоите! - крикнул я, не убирая пистолет и боком отходя в проулок. – Если кто-то двинется, пристрелю!
Они провожали меня тяжелыми взглядами, пока я не скрылся за углом. Затем я побежал.
Черт, да что же это происходит?! В России началась гражданская война? Русская мафия устроила разборки на всю Москву? Террористы вышли из подполья? Ничего я не знаю. Не знаю ничего, кроме одного – мне надо вернуться в посольство во что бы то ни стало. Потому что больше идти некуда.
Добежав до конца грязного темного проулка, я остановился. Осторожно выглянул из-за угла, та же самая картина: битые витрины, перевернутые автомобили… А вот кое-что новенькое.
По тротуару в мою сторону шел человек. Черный балахон с надписью «Prodigy»,  капюшон накинут на голову, синие мешковатые штаны, дешевые кроссовки. И повязка РНЕ на рукаве. Подросток. Подросток с автоматом Калашникова в руках. Он шел неспешна, держа автомат обеими руками,  за его спиной распухшее темно-оранжевое солнце опускалось за горизонт, поэтому лицо подростка оставалось в тени. Меня он не видел.
Обломки мозаики постепенно складывались в моей голове в общую картину: нападение на патруль не было случайностью. РНЕ осмелели настолько, что подняли бунт, вылившийся в массовые погромы и уличные грабежи. Нечего сказать, хороши, патриоты.  Даже детей вооружили.
А кстати… я взглянул на пистолет. Автомат в данных условиях мне пригодится куда больше. Сняв «Макаров»  с предохранителя, я затаился в тени.
Шаги раздавались все ближе, вот, показалась фигура в балахоне, и я мгновенно взял голову на прицел. Подросток прошел мимо даже не взглянув в сторону проулка,  а я, быстро выглянув, и убедившись, что улица пуста, громко произнес:
- Стой! Не двигайся! Убью!
Фигура в балахоне замерла.
- А сейчас медленно, очень медленно положи автомат на землю и повернись.
Он не шелохнулся, лишь крепче сжал цевье.
Я повторил:
- Медленно. Положи автомат на землю. И повернись ко мне лицом. Иначе я выстрелю.
Он рванулся в сторону, быстро развернувшись, и нажал на курок. Пули из автомата ушли куда-то в сторону, а я попал прямо в голову. Подросток рухнул на землю, неловко подвернув ногу и выронив автомат, а я все стоял не в силах пошевелиться. У моих ног лежала мертвая девочка. Подросток. Лиловые волосы, слипшиеся от крови. Кровь была на ее щеках и губах. Совсем еще молоденькая, лет семнадцать всего. Детский, всепрощающий взгляд ее глаз навечно застыл на лице. Что же я наделал?..
Нет!
Я не виноват в ее смерти, а виноваты те ублюдки, которые дали детям автоматы и погнали на смерть! Сволочи из РНЕ! Фашисты они, а не патриоты!
Я бросил пистолет на землю, поднял автомат и пошел вверх по улице. Отсюда до посольства всего пара километров и надо всего лишь дойти. А уж еды и оружия там хватит, чтобы продержаться несколько недель.
Я перешел дорогу и, стараясь не оглядываться на убитую девочку, пошел прямо в закат.
По щеке скатилась слеза, я вытер ее рукавом. Это все солнце. Глаза режет.

***
Я стоял у подъезда в очередном дворе  и прикидывал, где я нахожусь. Я только что свернул с (не помню названия), где находится мой любимый бар, значит, посольство должно быть где-то  в правой стороне отсюда. Получается, надо идти боковыми улицами еще метров семьсот, затем направо и я дома. Ребята там наверняка хорошо укрепились, здание посольства строилось заодно и как оборонительное сооружение, и без танков его не взять. Эта мысль чуть согрела сердце, и я тронулся в путь.
Вечер уже почти перетек в ночь, тени налились густой чернотой, давая надежное укрытие, а шаги слышались настолько отчетливо, что мне не составляло никакого труда избегать встреч с нежелательными гостями. Я крался от машине к машине, от витрины к витрине, замирая в нишах дверей, вслушиваюсь в ночь единственным целым ухом.
И крик я услышал очень отчётливо.
- Помогите!
Женщина. На параллельной улице.
- Помогите! Кто-нибудь!
Что-то кольнуло в сердце. Та девчонка на помощь не звала. И я бы прошел мимо, своя шкура дороже, если бы не лиловые волосы, слипшиеся от крови, если бы не этот всепрощающий взгляд…
Выругавшись, я проверил, не стоит ли автомат на предохранителе и пошел на голос.
Двое бритых парней прижали ее к стене: один держал со спины, зажав ладонью рот,  а другой, задрав юбку, пытался стянуть трусики. Девушка отчаянно  вырывалась, слезы залили лицо, но сразу видно, что ей не совладать с двумя здоровыми отморозками.
Они убьют ее, понял я. Изнасилуют и убьют, чтобы не оставлять свидетеля. Я прицелился в того, который держал со спины. Сердце ускорило бег, горячие мысли понеслись быстрее, накаляя череп изнутри. Допустим, я выстрелю. Убью подонков, спасу девушку, что тогда?  На звук выстрела наверняка примчатся боевики РНЕ с ближайших улиц, и тогда мне конец. А если не выстрелю  и позволю и позволю этим двоим закончить свое дело? То вполне возможно, доберусь до посольства: оно должно быть во-он за теми домами. Ну так что же? Стрелять или не стрелять? Надо решиться.
Надо ли?
Я нажал на курок. А затем еще раз. Сухой треск автомата спугнул ворон с крыши, и чернота над головой разразилась громким карканьем. Оба ублюдка свалились на землю, а девушка упала сверху. Я подбежал к ней: голова в крови, лежит без движения. Прижал руку к ее груди – сердце бьется. Слава богу, просто без сознания и кровь – не ее. Вздохнув с облегчением, я поднялся. Теперь надо бежать, бежать быстро. Я было развернулся, но уперся носом в дуло пистолета.
- Don’t move. – сказал человек с пистолетом.
Усталость навалилась с необычайной силой, руки опустились, автомат упал на землю. Жизнь вдруг перестала быть высшей ценностью, тем более, что жизни этой осталось несколько мгновений.
- Можно по-русски. – сказал я.
Человек в камуфляже с повязкой «РНЕ» на рукаве чуть вздрогнул, видимо, непривычно видеть американца, говорящего по-русски.
- Ты убьешь меня? – спросил я. – Убивай.
 Мне так все надоело…
- Я не понимаю. Зачем ты ее спас? Разве для вас своя жизнь не дороже?
Я пожал плечами. Он смотрел мне прямо в глаза, и желание пристрелить американскую мразь в его взгляде боролось с осознанием благородства моего поступка.
- Как тебя зовут? – спросил он.
- Джон.
- Идешь в посольство?
Я кивнул.
- Тебе не пройти. Оно в блокаде. Тебя убьют.
Я вновь пожал плечами, мне все равно. Другого пути нет. Он бросил короткий взгляд на мертвых ублюдков.
- Я бы и сам их пристрелил, но раз уж ты меня опередил и дал себя обнаружить…
Он отошел в тень, откуда и появился. Из темноты раздался голос:
 - Будем считать, я тебя не видел. Пускай, тебя убьет кто-нибудь другой.
Русские… Вас невозможно понять. На его месте я бы выстрелил, не колебаясь, а этот террорист дарит мне жизнь! Нелогично! Хотя, когда русские руководствовались логикой?..
Я подобрал автомат и побежал.
Стук подошв об асфальт. Теперь таиться нет смысла. Мелькают витрины магазинов, все разбиты. Я бегу к посольству. Прямо на оцепление, если верить тому русскому. Как они там говорят?... Авось пронесет?
Сзади раздались выстрелы: очередь прошла рядом со мной, превратив лобовое стекло «Форда» в фонтан мелких брызг. И снова длинная очередь. Правое, целое, ухо обдало горячим воздухом – это пули прошли совсем рядом с головой, - я упал и перекатился. Пригибаясь, свернул за угол и в упор столкнулся с боевиком. Я резко взмахнул прикладом, целясь в подбородок, он увернулся, тогда я ударил ногой и послал следом короткую очередь. Перепрыгнул через тело, за этим углом посольство, уже виден угол ограды, но вдруг мир завертелся, земля и небо дважды поменялись местами, и я упал на асфальт, корчась от острой боли в спине. Пуля вошла в плечо и застряла в теле. Боком я отполз за «Москвич» с разбитыми стеклами (и откуда только здесь взялся?) и спрятался за ним. Чуть выглянул – посольство на другой стороне улицы, метров пятьдесят, из окон кто-то стреляет, причем, не по мне.
Неужели заметили? Неужели узнали?
Шальная пуля вошла в капот совсем рядом с головой, и я вжался в асфальт. По спине течет горячая кровь, я на линии перекрестного огня и добраться до ворот нет никакой возможности: либо террористы пристрелят, либо свои. Выстрелы стали реже, стороны берегут патроны, и поймав момент тишины, я заорал, напрягая все силы:
- I’M JOHN FIGHTER!!! HEY!!! HUGO! SOMEONE! HELP!!!
Наступила минутная тишина. Затем со стороны посольства донесся голос, усиленный через микрофон:
 - Is that you, John?
Ну какие же идиоты! Обязательно надо переспросить!
- Yes! Yes it’s me! – господи, как же больно. – HELP!!!
И снова тишина. А с другой стороны, как они мне помогут? Не выйдут же наружу и не подберут – их тут же пристрелят.
Знакомый скрип – это открываются автоматические ворота. И на том спасибо. Я огляделся по сторонам: нет, не дойду, сил не хватит, в глазах уже темнеет. О русский Авось, ты сильнее, чем Бог! Помоги мне!
Держась за кузов машины, я приподнялся, протянул руку через разбитое боковое стекло, открыл дверь изнутри и повалился на переднее сиденье. За хламом в бардачке, как и предполагалось, разноцветные провода, многие замотаны изолентой. Я выбрал вроде бы нужные, зубами снял изоляцию и замкнул. Раз, другой, и машина завелась. Сил подняться уже не было: рукой держа руль, правой, выжимая педаль газа, я вел машину наугад, ориентируясь по памяти. Вновь началась стрельба, пули вспарывали легкий корпус «Москвича», вырывали куски из сидений, крошили панель. Проехав еще несколько метров, машина во что-то врезалась и остановилась. Я попытался пошевелиться, но не смог.
***

В глазах пляшут огненные мухи. Невидимые руки схватили меня за плечи и куда-то потащили. Не надо, оставьте меня здесь, я так устал… Через мгновение разум отключился.
Я очнулся в медотсеке. Яркий свет, слабость в теле и полная тишина.
- Да, старина, ну и заставил ты нас попотеть.
С трудом повернув голову, я увидел здоровяка Хьюго. Он как всегда улыбался.
- Мы были уверены, что ты погиб. И когда увидели фигуру в нашей форме, решили, что это уловка террористов. Если бы Паркинсон тебя не узнал, мы бы открыли огонь.
- Этот подлиза…еще жив? – слова выходили с трудом. В горле страшная сухость.  – Я думал, при случае, его любой… пристрелил бы.
Хьюго заржал.
- Сейчас каждый ствол на счету. Вот закончится заварушка, тогда и пристрелим!
Я улыбнулся и закрыл глаза. Уже проваливаясь в сон, успел подумать: как же хорошо. Я в родных стенах, в безопасности, вокруг надежные друзья и можно отдохнуть.
***

Олег закончил читать приговор. Теперь осталось нажать на курок и закончить с этим делом. Но боевик не спешил стрелять. Очень странное чувство: одно дело убивать врага во время боя, когда лицом к лицу, кровь кипит в жилах, а глаза застилает пелена, и совсем другое – стрелять безоружному и беспомощному человеку в спину. Даже если он солдат оккупационной армии. Олег перевел взгляд на стену.
«Смерть оккупантам!»
Неприятно чувствовать себя палачом.
Внезапно американец рванулся, пытаясь схватить за запястье, и Олег с коротким выдохом нажал курок. Алый фонтан взорвался в затылке юсовца, кровь забрызгала надпись на стене, и солдат повалился на песок лицом вниз.
Олег глубоко дышал, смиряя бешеный бег сердца. Поступок юсовца был неожиданным, и промедли Олег еще чуть-чуть, лежать ему сейчас на месте американца. Вот ведь черти звездно-полосатые! За жизнь свою драгоценную до конца борются!
Олег вышел из подвала, на ходу застегивая наплечную кобуру. Семен и Юра ждали у машины.
- Все. – Сказал Олег. – Поехали отсюда.
Трое сели в старый неприметный «Опель». Юра завел мотор и повел машину дворами к дороге.
- Олег, все в порядке? – Спросил он. – Ты что-то мрачный.
- Да нет, все хорошо. Тот американец в последний момент дернулся, я слегка замешкался.
- Ну и? – спросил Семен.
- Ничего. – ответил Олег. – С такого расстояния нельзя промахнуться.
Старенький «Опель» вырулил на Тверскую и растворился в безумном потоке машин. Распухшее темно-оранжевое солнце опускалось за горизонт.

Воспоминания
dmitry_franz
В данном посте я бы хотел опубликовть рассказ 11-летней давности. Мне самому было тогда 17 лет. В то время я писал рассказы: в основном юмористические. Это - мой первый опыт написания "боевика".  Рассказ написан под влиянем книг Ю. Никинтна: все эти юсовцы, антиамериканские настроения, клише о сверхценности жизни для американцов - это все отттуда.
Ничего не исправлено и не добавлено.
Напомню - автору 17 лет. 2004 год.




ЖИЗНЬ, КОТОРОЙ НЕ БЫЛО

Я молился. И, пожалуй, первый раз в своей жизни искренне. Стоя на коленях, закрыв глаза… И чувствуя затылком холодный ствол пистолета. Сейчас террорист нажмет на курок и мои мозги разлетятся по всему подвалу, забрызгав и без того сырой песок, повиснув комочками на стенах и потолке.
Говорят, перед смертью вся жизнь человека проносится у него перед глазами за один миг. Врут, наверное. Перед моим внутренним взором раз за разом возникают события последнего, судя по всему, дня моей жизни.
Раз за разом. И снова.
Я очнулся где-то десять минут назад и первым, что увидел, был песок. Сырой песок подвала, куда меня приволокли непонятно зачем. Потом перед самым лицом я увидел пару дешевых китайских кроссовок с эмблемами «Nike»,  которые, словно в подтверждение того, что они – не галлюцинация, несколько раз чувствительно пнули меня в лицо, а руки хозяина кроссовок грубо вздернули меня за плечи и поставили на колени. Террорист за спиной принялся зачитывать какой-то идиотский приговор, обвиняя всю Америку и меня в частности в геноциде великой русской культуры, в развращении нравов и еще в чем-то страшном. Он говорил по-русски, и я понимал каждое слово – бабушка-эмигрантка в свое время обучила языку.
Все это было десять минут назад. А до этого (час назад? два? день!?) был стандартный маршрут моего патруля, плоские, пошлые, но все равно чертовски смешные шуточки Хьюго, здоровенного белозубого негра, способного залпом выпить бутылку виски, был привычный вес винтовки в руках, улыбки и хитрые подмигивания встречных девушек. Еще был короткий дымный след из переулка, громкий взрыв, странно плотный и горячий воздух… А затем песок, «Nike» и ствол пистолета на затылке. И дикая головная боль. Я закрыл глаза и начал молиться.
Умирать не хотелось. Нет, было не страшно, не противно, а именно не хотелось. Как не хочется заступать на маршрут в воскресенье, но если по поводу патрулирования можно договориться с подлизой и карьеристом Паркинсоном, то с террористом из РНЕ (а кто еще осмелится поднять руку на американского солдата?) договориться не получится.
На стене напротив, которая вот-вот будет забрызгана моей кровью, надпись по-русски: «Смерть оккупантам!». Это про меня. Это я – оккупант. Злой американский захватчик, пришедший поработить русский народ. Господи, ну какие же идиоты! И ведь не объяснишь, что патрули охраняют лишь территорию вокруг посольства США, ну еще пару ближайших кварталов. Охраняют от террористов, которые убивают американских граждан  по всей Москве, взрывают машины и квартиры,  настраивают людей против граждан США.
«Смерть оккупантам!»
Теперь понятно, почему у меня свободны руки и ноги – зачем сначала связывать, а через полчаса развязывать тугие узлы, если от пули в затылок все равно не увернешься?
Террорист закончил читать нелепый приговор, и я вдруг с пугающей остротой ощутил, что сейчас в грязном подвале какого-то московского дома оборвётся жизнь Джона Файтера, сержанта роты при охране посольства США в Москве, и ничего нельзя изменить.
Сердце забилось чаще. А в принципе, что я теряю? Руки свободны, резкий рывок назад и в сторону, захват кисти, как учили. Может, удастся выбить пистолет. Надо, конечно, быть реалистом, шансов практически нет, мне должно просто фантастически повезти, но в любом случае, пусть грязный террорист увидит, что американский солдат борется за жизнь до конца, ибо жизнь – это единственная ценность, что есть у человека!
Бог мой, как же болит голова…

***

Грязные серые стены качаются перед глазами, я бреду, загребая ногами песок, вдоль влажных водопроводных труб, в поисках выхода из вонючего подвала. В голове все еще звон от выстрела, теплая кровь течет по щеке и затекает за воротник камуфляжа. Противно.  Пальцы дотронулись до опаленного выстрелом обрубка, еще пару минут назад бывшего моим левым ухом, и острая боль на миг стала просто ослепляющей. Накатила дурнота, голова закружилась, я вновь упал на колени, и меня стошнило, забрызгав руки. Чернота в глазах нехотя рассеялась, я поднялся, вытер руки о штаны и двинулся дальше. Ублюдки из РНЕ обчистили все карманы: нет ни бинта, чтобы перевязать рану, ни телефона, чтобы позвонить своим, ни обезболивающего. Все, что есть – это пистолет Макарова, позаимствованный у убитого террориста. Но главное – я жив. Осталось найти выход из чертова подвала, а там уже будет видно.
Старая, обшарпанная дверь с сорванным замком, ведущая наружу, нашлась быстро,  но взявшись за ручку, я остановился. Ведь за дверью могут оказаться террористы, ожидающие товарища, и тогда Костлявая наверняка заберет мою душу.
Помню, когда бабушка была уже не в силах встать с кровати, а я плакал у ее подушки, бабушка говорила: «Двум смертям не бывать, а одной не миновать». Не миновать, подумал я и потянул дверь на себя.
На улице был вечер. И никаких террористов. Поднявшись по заплёванным и зассаным ступенькам, я вышел во двор панельного десятиэтажного дома и сразу удивился пустоте, царившей вокруг. Ни один фонарь не работает, лампочки давно разбиты местной шпаной, пара припаркованных автомобилей и ни одного человека. Не было даже подростков, которые вечно тусуются у подъезда, пьют пиво и тискают девчонок. Что-то тревожное разлито в теплом летнем воздухе, но что именно, неясно.
Я пробрался вдоль стены дома, выглянул на проезжую часть. Кажется, я попал в ад.
Горели машины, За разбитыми витринами магазинов стояли обнаженные и испачканные гарью манекены, по асфальту рассыпано битое стекло. Группа ребят в новеньких кожанках деловито, без суеты, обносила магазин бытовой техники. Увидев меня, они остановились, поставили коробки на землю, и пошли в мою сторону с явным намерением набить морду американской сволочи.
Я рванул из-за пояса пистолет.
- Стоять!
Они остановились. Самый здоровый, двухметровый бритый амбал, медленно потянулся ко внутреннему карману куртки. Выстрел в воздух вернул его ругу на место.
- Стойте, где стоите! - крикнул я, не убирая пистолет и боком отходя в проулок. – Если кто-то двинется, пристрелю!
Они провожали меня тяжелыми взглядами, пока я не скрылся за углом. Затем я побежал.
Черт, да что же это происходит?! В России началась гражданская война? Русская мафия устроила разборки на всю Москву? Террористы вышли из подполья? Ничего я не знаю. Не знаю ничего, кроме одного – мне надо вернуться в посольство во что бы то ни стало. Потому что больше идти некуда.
Добежав до конца грязного темного проулка, я остановился. Осторожно выглянул из-за угла, та же самая картина: битые витрины, перевернутые автомобили… А вот кое-что новенькое.
По тротуару в мою сторону шел человек. Черный балахон с надписью «Prodigy»,  капюшон накинут на голову, синие мешковатые штаны, дешевые кроссовки. И повязка РНЕ на рукаве. Подросток. Подросток с автоматом Калашникова в руках. Он шел неспешна, держа автомат обеими руками,  за его спиной распухшее темно-оранжевое солнце опускалось за горизонт, поэтому лицо подростка оставалось в тени. Меня он не видел.
Обломки мозаики постепенно складывались в моей голове в общую картину: нападение на патруль не было случайностью. РНЕ осмелели настолько, что подняли бунт, вылившийся в массовые погромы и уличные грабежи. Нечего сказать, хороши, патриоты.  Даже детей вооружили.
А кстати… я взглянул на пистолет. Автомат в данных условиях мне пригодится куда больше. Сняв «Макаров»  с предохранителя, я затаился в тени.
Шаги раздавались все ближе, вот, показалась фигура в балахоне, и я мгновенно взял голову на прицел. Подросток прошел мимо даже не взглянув в сторону проулка,  а я, быстро выглянув, и убедившись, что улица пуста, громко произнес:
- Стой! Не двигайся! Убью!
Фигура в балахоне замерла.
- А сейчас медленно, очень медленно положи автомат на землю и повернись.
Он не шелохнулся, лишь крепче сжал цевье.
Я повторил:
- Медленно. Положи автомат на землю. И повернись ко мне лицом. Иначе я выстрелю.
Он рванулся в сторону, быстро развернувшись, и нажал на курок. Пули из автомата ушли куда-то в сторону, а я попал прямо в голову. Подросток рухнул на землю, неловко подвернув ногу и выронив автомат, а я все стоял не в силах пошевелиться. У моих ног лежала мертвая девочка. Подросток. Лиловые волосы, слипшиеся от крови. Кровь была на ее щеках и губах. Совсем еще молоденькая, лет семнадцать всего. Детский, всепрощающий взгляд ее глаз навечно застыл на лице. Что же я наделал?..
Нет!
Я не виноват в ее смерти, а виноваты те ублюдки, которые дали детям автоматы и погнали на смерть! Сволочи из РНЕ! Фашисты они, а не патриоты!
Я бросил пистолет на землю, поднял автомат и пошел вверх по улице. Отсюда до посольства всего пара километров и надо всего лишь дойти. А уж еды и оружия там хватит, чтобы продержаться несколько недель.
Я перешел дорогу и, стараясь не оглядываться на убитую девочку, пошел прямо в закат.
По щеке скатилась слеза, я вытер ее рукавом. Это все солнце. Глаза режет.

***
Я стоял у подъезда в очередном дворе  и прикидывал, где я нахожусь. Я только что свернул с (не помню названия), где находится мой любимый бар, значит, посольство должно быть где-то  в правой стороне отсюда. Получается, надо идти боковыми улицами еще метров семьсот, затем направо и я дома. Ребята там наверняка хорошо укрепились, здание посольства строилось заодно и как оборонительное сооружение, и без танков его не взять. Эта мысль чуть согрела сердце, и я тронулся в путь.
Вечер уже почти перетек в ночь, тени налились густой чернотой, давая надежное укрытие, а шаги слышались настолько отчетливо, что мне не составляло никакого труда избегать встреч с нежелательными гостями. Я крался от машине к машине, от витрины к витрине, замирая в нишах дверей, вслушиваюсь в ночь единственным целым ухом.
И крик я услышал очень отчётливо.
- Помогите!
Женщина. На параллельной улице.
- Помогите! Кто-нибудь!
Что-то кольнуло в сердце. Та девчонка на помощь не звала. И я бы прошел мимо, своя шкура дороже, если бы не лиловые волосы, слипшиеся от крови, если бы не этот всепрощающий взгляд…
Выругавшись, я проверил, не стоит ли автомат на предохранителе и пошел на голос.
Двое бритых парней прижали ее к стене: один держал со спины, зажав ладонью рот,  а другой, задрав юбку, пытался стянуть трусики. Девушка отчаянно  вырывалась, слезы залили лицо, но сразу видно, что ей не совладать с двумя здоровыми отморозками.
Они убьют ее, понял я. Изнасилуют и убьют, чтобы не оставлять свидетеля. Я прицелился в того, который держал со спины. Сердце ускорило бег, горячие мысли понеслись быстрее, накаляя череп изнутри. Допустим, я выстрелю. Убью подонков, спасу девушку, что тогда?  На звук выстрела наверняка примчатся боевики РНЕ с ближайших улиц, и тогда мне конец. А если не выстрелю  и позволю и позволю этим двоим закончить свое дело? То вполне возможно, доберусь до посольства: оно должно быть во-он за теми домами. Ну так что же? Стрелять или не стрелять? Надо решиться.
Надо ли?
Я нажал на курок. А затем еще раз. Сухой треск автомата спугнул ворон с крыши, и чернота над головой разразилась громким карканьем. Оба ублюдка свалились на землю, а девушка упала сверху. Я подбежал к ней: голова в крови, лежит без движения. Прижал руку к ее груди – сердце бьется. Слава богу, просто без сознания и кровь – не ее. Вздохнув с облегчением, я поднялся. Теперь надо бежать, бежать быстро. Я было развернулся, но уперся носом в дуло пистолета.
- Don’t move. – сказал человек с пистолетом.
Усталость навалилась с необычайной силой, руки опустились, автомат упал на землю. Жизнь вдруг перестала быть высшей ценностью, тем более, что жизни этой осталось несколько мгновений.
- Можно по-русски. – сказал я.
Человек в камуфляже с повязкой «РНЕ» на рукаве чуть вздрогнул, видимо, непривычно видеть американца, говорящего по-русски.
- Ты убьешь меня? – спросил я. – Убивай.
 Мне так все надоело…
- Я не понимаю. Зачем ты ее спас? Разве для вас своя жизнь не дороже?
Я пожал плечами. Он смотрел мне прямо в глаза, и желание пристрелить американскую мразь в его взгляде боролось с осознанием благородства моего поступка.
- Как тебя зовут? – спросил он.
- Джон.
- Идешь в посольство?
Я кивнул.
- Тебе не пройти. Оно в блокаде. Тебя убьют.
Я вновь пожал плечами, мне все равно. Другого пути нет. Он бросил короткий взгляд на мертвых ублюдков.
- Я бы и сам их пристрелил, но раз уж ты меня опередил и дал себя обнаружить…
Он отошел в тень, откуда и появился. Из темноты раздался голос:
 - Будем считать, я тебя не видел. Пускай, тебя убьет кто-нибудь другой.
Русские… Вас невозможно понять. На его месте я бы выстрелил, не колебаясь, а этот террорист дарит мне жизнь! Нелогично! Хотя, когда русские руководствовались логикой?..
Я подобрал автомат и побежал.
Стук подошв об асфальт. Теперь таиться нет смысла. Мелькают витрины магазинов, все разбиты. Я бегу к посольству. Прямо на оцепление, если верить тому русскому. Как они там говорят?... Авось пронесет?
Сзади раздались выстрелы: очередь прошла рядом со мной, превратив лобовое стекло «Форда» в фонтан мелких брызг. И снова длинная очередь. Правое, целое, ухо обдало горячим воздухом – это пули прошли совсем рядом с головой, - я упал и перекатился. Пригибаясь, свернул за угол и в упор столкнулся с боевиком. Я резко взмахнул прикладом, целясь в подбородок, он увернулся, тогда я ударил ногой и послал следом короткую очередь. Перепрыгнул через тело, за этим углом посольство, уже виден угол ограды, но вдруг мир завертелся, земля и небо дважды поменялись местами, и я упал на асфальт, корчась от острой боли в спине. Пуля вошла в плечо и застряла в теле. Боком я отполз за «Москвич» с разбитыми стеклами (и откуда только здесь взялся?) и спрятался за ним. Чуть выглянул – посольство на другой стороне улицы, метров пятьдесят, из окон кто-то стреляет, причем, не по мне.
Неужели заметили? Неужели узнали?
Шальная пуля вошла в капот совсем рядом с головой, и я вжался в асфальт. По спине течет горячая кровь, я на линии перекрестного огня и добраться до ворот нет никакой возможности: либо террористы пристрелят, либо свои. Выстрелы стали реже, стороны берегут патроны, и поймав момент тишины, я заорал, напрягая все силы:
- I’M JOHN FIGHTER!!! HEY!!! HUGO! SOMEONE! HELP!!!
Наступила минутная тишина. Затем со стороны посольства донесся голос, усиленный через микрофон:
 - Is that you, John?
Ну какие же идиоты! Обязательно надо переспросить!
- Yes! Yes it’s me! – господи, как же больно. – HELP!!!
И снова тишина. А с другой стороны, как они мне помогут? Не выйдут же наружу и не подберут – их тут же пристрелят.
Знакомый скрип – это открываются автоматические ворота. И на том спасибо. Я огляделся по сторонам: нет, не дойду, сил не хватит, в глазах уже темнеет. О русский Авось, ты сильнее, чем Бог! Помоги мне!
Держась за кузов машины, я приподнялся, протянул руку через разбитое боковое стекло, открыл дверь изнутри и повалился на переднее сиденье. За хламом в бардачке, как и предполагалось, разноцветные провода, многие замотаны изолентой. Я выбрал вроде бы нужные, зубами снял изоляцию и замкнул. Раз, другой, и машина завелась. Сил подняться уже не было: рукой держа руль, правой, выжимая педаль газа, я вел машину наугад, ориентируясь по памяти. Вновь началась стрельба, пули вспарывали легкий корпус «Москвича», вырывали куски из сидений, крошили панель. Проехав еще несколько метров, машина во что-то врезалась и остановилась. Я попытался пошевелиться, но не смог.
***

В глазах пляшут огненные мухи. Невидимые руки схватили меня за плечи и куда-то потащили. Не надо, оставьте меня здесь, я так устал… Через мгновение разум отключился.
Я очнулся в медотсеке. Яркий свет, слабость в теле и полная тишина.
- Да, старина, ну и заставил ты нас попотеть.
С трудом повернув голову, я увидел здоровяка Хьюго. Он как всегда улыбался.
- Мы были уверены, что ты погиб. И когда увидели фигуру в нашей форме, решили, что это уловка террористов. Если бы Паркинсон тебя не узнал, мы бы открыли огонь.
- Этот подлиза…еще жив? – слова выходили с трудом. В горле страшная сухость.  – Я думал, при случае, его любой… пристрелил бы.
Хьюго заржал.
- Сейчас каждый ствол на счету. Вот закончится заварушка, тогда и пристрелим!
Я улыбнулся и закрыл глаза. Уже проваливаясь в сон, успел подумать: как же хорошо. Я в родных стенах, в безопасности, вокруг надежные друзья и можно отдохнуть.
***

Олег закончил читать приговор. Теперь осталось нажать на курок и закончить с этим делом. Но боевик не спешил стрелять. Очень странное чувство: одно дело убивать врага во время боя, когда лицом к лицу, кровь кипит в жилах, а глаза застилает пелена, и совсем другое – стрелять безоружному и беспомощному человеку в спину. Даже если он солдат оккупационной армии. Олег перевел взгляд на стену.
«Смерть оккупантам!»
Неприятно чувствовать себя палачом.
Внезапно американец рванулся, пытаясь схватить за запястье, и Олег с коротким выдохом нажал курок. Алый фонтан взорвался в затылке юсовца, кровь забрызгала надпись на стене, и солдат повалился на песок лицом вниз.
Олег глубоко дышал, смиряя бешеный бег сердца. Поступок юсовца был неожиданным, и промедли Олег еще чуть-чуть, лежать ему сейчас на месте американца. Вот ведь черти звездно-полосатые! За жизнь свою драгоценную до конца борются!
Олег вышел из подвала, на ходу застегивая наплечную кобуру. Семен и Юра ждали у машины.
- Все. – Сказал Олег. – Поехали отсюда.
Трое сели в старый неприметный «Опель». Юра завел мотор и повел машину дворами к дороге.
- Олег, все в порядке? – Спросил он. – Ты что-то мрачный.
- Да нет, все хорошо. Тот американец в последний момент дернулся, я слегка замешкался.
- Ну и? – спросил Семен.
- Ничего. – ответил Олег. – С такого расстояния нельзя промахнуться.
Старенький «Опель» вырулил на Тверскую и растворился в безумном потоке машин. Распухшее темно-оранжевое солнце опускалось за горизонт.

Депутат Евгений Фёдоров. Это должен видеть и прочитать каждый!
dmitry_franz
Оригинал взят у nadkin_muzh в Депутат Евгений Фёдоров. Это должен видеть и прочитать каждый!
Не так давно в качестве умной и свежей головы был представлен российской публике депута ГД от "Единой России" Евгений Фёдоров.
28 декабря, как выяснилось, он дал двухчасовое интервью, которое было выложено в ЮТьюбе. Я бы не стал смотреть и даже не обратил бы внимание, но меня попросили высказать своё мнение.
Интервью оказалось 2-часовым. Осилил. Посмотрел. Тезисно законспектировал. Делюсь.
Предупреждение:
У Фёдорова есть свой персональный сайт  http://www.efedorov.ru/node/6  Фёдорову- не 30 и даже не 40 лет! 11 мая ему будет 50!
Само интервью:



Понеслась. Предупреждаю - Вас ожидает лютый АдЪ:

Первые 30 минут.

Фёдоров начинает с глупостей, вранья и демонстрации собственного невежества:



Слово депутату-интеллектуалу:Collapse )


Хороша была жизнь при Советах
dmitry_franz
Оригинал взят у a_nikonov в Хороша была жизнь при Советах
Оригинал взят у pa_drugomu в БАТЯ
Оригинал взят у storyofgrubas в БАТЯ
На пляже рядом со мной расположился русский дед с двумя внуками.
Черный весь, сразу видно - не один месяц тут загорает, так и оказалось.
В первые дни мы просто здоровались, потом поменялись зачитанными до дыр, влажными от брызг русскими газетами, а когда больше читать стало нечего, разговорились.
Вначале о черногорской флоре и сербской фауне, потом о моих детях и его внуках, а потом просто - за жизнь.
Его сын, купил тут квартиру, вот дед с внуками и загорает все лето. Хорошо, только иногда поговорить по-русски хочется, да не с кем.
Дед (я как-то даже и не спросил его имени, хоть общались неделю) поведал мне несколько своих семейных историй, вот одна из них:

Мы жили на Украине в маленьком селе. Мой батя, царство ему небесное, всю войну прошел, все четыре года в танке провоевал.
Как уходил, я не помню, маленький был, а как вернулся, помню, как будто вчера. Пацаны мне очень тогда завидовали – папка живой, с немецким аккордеоном, сам весь в медалях, орденах, да еще и с руками и ногами целыми. Тогда это была большая редкость.
Правда, лысый весь и рот стал маленький и круглый - голова в танке малость подгорела, но глаза целые и сам здоров как бык.

Работал наш батя трактористом в колхозе, жили голодно, но дружно, не жаловались. Все было бы хорошо, только в 52-м понаоткрывали вокруг нас угольных шахт и стали на них зазывать добровольцев-комсомольцев. Добровольцы кончились, так и не начавшись, но задание партии выполнять нужно и тогда начали, хочешь - не хочешь, грести всех подряд.
Причем во время работы не забирали, что бы слухов не было, наверное, гребли только по вечерам.
Сидит человек в хате, никого не трогает, а тут раз – здрасте. Явились агитаторы с милицией.
Забирали всех мужиков от восемнадцати до пятидесяти. Пишешь заявление добровольца, котомку в зубы и на шахту в «бой за уголек». Не хочешь писать сразу, так сначала почки отобьют, после тут же напишешь…
Батя наш очень не хотел на те шахты.
В хате под полом выковырял себе место, величиной поменьше гроба, и как только собака вечером залает, быстро хватал документы, надевал пиджак с медалями, крестился и влезал под пол. Сверху закрывался доской и каждый из нас, детей, умел быстро накрывать ковриком отцовский схрон. Даже трехлетняя сестра. Ну, вообще не заметно.

Бывало, ворвутся в дом, и давай папу шукать. Все переворачивали, вначале искали отца, потом уж его документы, награды, костюм.
Мама говорила, что мол, вот только перед вашим приходом муж собрался, взял паспорт, медали и уехал в город, зачем, не знаю.
Товарищи агитаторы ругались, плевались и уходили, может на неделю, может на месяц…
А папа вылезал из своего гроба, все лицо в слезах. И так до следующего лая собаки.
Мама его жалела.
Конечно, обидно – жизни не щадил, четыре года за Родину отвоевал, оставьте уже мужика в покое, пускай в своем колхозе землю пашет, так нет же…
Однажды, все же нашли.
Вытащили, вывели на двор и так отдубасили… до сих пор в ушах стоит его крик.
На шахте отец проработал недолго, пару месяцев всего.
Их бригаду там привалило.
Многих поубивало, а бате ноги отрезали выше колен.
Ничего, он не унывал, по дому все сам делал, прыгал по хате как обезьянка, еще быстрее здорового. Даже в футбол с нами играл, стоял на воротах.
Вообще хороший был мужик, добрый.
Он ведь, слава Богу, до старости дожил, в 80-м схоронили…

…Дед кряхтя поднялся и пошел к морю разнимать дерущихся за матрас внуков, а у меня все никак не шел из головы человек со слезами на обезображенном лице, который лежал в темноте и старался не звякнуть медалями…



[reposted post]В России нет судебной системы
Александр Никонов
a_nikonov
reposted by dmitry_franz
Оригинал взят у naganoff в Самый справедливый суд в мире...

Решил пробежаться по судебной практике РФ последних лет... Наиболее вопиющие примеры хочу привести здесь (они, в то же самое время, весьма типичны). Сами оцените - нормальные это приговоры, или нет. На мой взгляд, нормальный человек не мог бы подписать подобное.

Часть этих дел получила всероссийскую, а то и мировую известность, а вот другая часть - вообще прошла мимо внимания населения. И зря, придётся исправить эту оплошность.

Начнём.

10 августа 2012 г. бывший сельский учитель Илья Фарбер отправлен судьёй в колонию строгого режима на 8 лет и приговорён к выплате 3,2 млн. рублей штрафа по обвинению в том, что он получил от строительного подрядчика взятку в $ 4 000 за подписание акта сдачи/приёмки ремонтных работ в деревенском клубе. Сам подрядчик, который за проведение этих работ получил 2,5 млн. рублей казённых денег, выступал в суде ключевым свидетелем обвинения. В своем напутственном слове судья посоветовал присяжным не обращать внимания на слова подсудимого, а самого И.Фарбера даже не пустил на оглашение вердикта.

Чуть ли не в тот же день бывший начальник Управления информации МВД РФ, генерал-майор милиции Олег Аксенов получил четыре года лишения свободы условно за вымогательство у бизнесмена $ 500 000.

 ***

В июле 2012 г. Пресненский суд Москвы приговорил к трем годам условно и штрафу в один миллион рублей бывшего заместителя мэра столицы Александра Рябинина, признав его виновным в вымогательстве у бизнесмена 6 миллионов рублей (вымогал он недвижимость в самом центре столицы, которую следствие оценило в 45 миллионов, а суд снизил оценку до 6). А что, 45 миллионов  минус 1 миллион - это нормально, теперь можно как следует расслабиться.

В том же месяце Фрунзенский районный суд Саратова вынес приговор 54-летнему профессору Московского педагогического университета, доктору экономических наук Владимиру Ольховскому, который задушил смертельно больную мать-пенсионерку, которую мучили страшные боли.  Врачи диагностировали у неё последнюю стадию рака пищевода, и женщина не раз просила сына лишить ее жизни. "Она так кричала от постоянных болей, что однажды я не выдержал и согласился", - сквозь слезы рассказывал профессор на допросах. По решению суда профессор проведет за решеткой 9 лет в исправительной колонии строгого режима.

Read more...Collapse )






Map

Театр абсурда
dmitry_franz

В последнее время мне все труднее верить в происходящее вокруг. Ибо язык не поворачивается назвать это реальностью – объективной и данной нам в ощущениях. Нацепить на лицо убийственно-серьезную маску, нахмурить брови, рот – ниточкой; и сказать: да, это происходит на самом деле.

Не могу. Хоть убейте, не могу поверить, что патриарх, к которому я всегда относился с уважением, как к мудрому, честному человеку; что этот патриарх врет, заявляя, что никогда не носил часы, стоимостью 30 000 евро. Что этот добрый человек способен на рейдерский захват квартиры своего старого друга, экс-министра здравоохранения Юрия Шевченко, осквернивего квартиру патриарха наночастицами пыли, "которые при возможном длительном контакте с человеком могут оказывать негативное воздействие на здоровье человека, вызывая заболевания, в том числе и онкологические" ©.  И ущерб, оцененный в 19 миллионов 707 тысяч рублей – это про какого-то другого Кирилла, не про нашего.


катCollapse )


Шедевр юридической глупости, дело «Общество защиты прав потребителей против храма Христа Спасителя» - как надгробная плита у могилы здравого смысла. И слова за упокой рассудка, насмешливая эпитафия от федерального судьи Хамовнического суда Москвы, Игоря Каноневича: «распространение товаров Подворьем Его Святейшества не является торговой деятельностью, поскольку имеет целью совместное исповедание и распространение веры» ©

катCollapse )

Оказывается, все товары, лежащие на прилавках храмов и церквей, все церковное золото и серебро, ложки и матрешки – они не продаются и покупаются, нет. Они преподносятся в дар людям, совершенно бесплатно. А маленькая зеленая бумажка с циферками, приклеенная к боку матрешки – это размер рекомендованного пожертвования. Суммы, принимаемой как встречное совершенно безвозмездное пожертвование в виде билетов Банка России. 

Ну и наконец, апогей безумства, кульминация спектакля в театре абсурда – суд на Pussy Riot. Впрочем, термин «инквизиция» в данном случае был бы более уместен. Девушек судят по высосанной из пальца статье, опираясь на нелепую психолого-лингвистическую экспертизу, третью по счету. Светский суд первой половины XXI века изучает решение архиерейских соборов Русской православной церкви, трактаты Иоанна Златоуста и постулаты Трулльского собора, прошедшего в Константинополе в 691-692-м годах от Рождества Христова. В зале заседаний звучат слова «кощунство», «осквернение святынь» и «бесовские пляски». В защиту группы выступают Мадонна, Стинг, Бьорк, Патти Смит, группы Faith No More, Franz Ferdinand и Red Hot Chili Peppers. А также министр культуры Франции, депутаты бундестага, союз деятелей культуры и союз адвокатов России.

А суд идет…

Знаете, иногда мне кажется, что все это – не правда. Что это  - чья-то искусная постановка. Этакая программа «Розыгрыш» в масштабах всей страны. Что вот-вот вспыхнет свет, заиграет музыка, полетят в небо воздушные шары и россыпи конфети. И выйдут на сцену улыбающиеся актеры: патриарх Кирилл, судьи и прокуроры, ложные заключенные, живой Магнитский. Будет вам, скажут они. Пошутили и хватит. Все это было понарошку, а вы что, правда поверили?!

По-моему, лучше верить в эту наивную, смешную сказку, чем звать творящийся вокруг абсурд – реалиями сегодняшнего дня.


ОВД Якиманка в своем репертуаре
dmitry_franz
Оригинал взят у a_nikonov в ОВД Якиманка в своем репертуаре
Оригинал взят у svobodu_igorke в ОВД Якиманка штампует показатели за счет невиновных

31 января 2012 в 9-00 утра
 В наши двери позвонили. Милиция. Разговариваю через дверь. Зачем пришли? Пришли по жалобе соседей, которые утверждают, что из нашей квартиры доносится детский плачь, вызванный жестоким обращением с ребенком. (У меня есть маленькие дети).  Бред! Мои дети всегда ведут себя тихо, им незачем плакать. Ведусь на эту разводку, открываю двери. За дверью человек пять, предоставляют удостоверение и спрашивают про моего сына - Игоря Кириловского. До меня доходит истинный визит службистов.   Выходит сын, просят одеться и проехать с ними. Вводят в курс дела: есть чистосердечное признание некоего Бражникова, который сознался в вооруженном грабеже и указал, что занимался этим  вместе с моим сыном. Якобы происходило это так: сняли  в центре Москвы квартиру на час, сделали заказ в интернет-магазине на покупку дорогого мобильника и ограбили курьера. Нужно проехать на очную ставку, которая пройдет в ОВД Нагатинский затон. Опер оставляет свой тел: (925) 377-65-69 и называет фамилию следователя - Петров Александр.  Во дворе стоит минивэн и черный Лэнд крузер Прадо. Операторы, камеры все садятся и уезжают. Я выдвигаюсь следом.

Read more...Collapse )


Атака на модафинил - и на прогресс. Дадим отпор!
dmitry_franz
Оригинал взят у livingtomorrow в Атака на модафинил - и на прогресс. Дадим отпор!

15 августа 1990 года в автокатастрофе погиб Виктор Цой. Согласно наиболее правдоподобной официальной версии, Цой заснул за рулём, после чего его «Москвич-2141» светло-серого цвета вылетел на встречную полосу и столкнулся с автобусом «Икарус-250». Анализ клеток мозга свидетельствует о том, что он уснул за рулем, вероятно, от переутомления.

Каждый год в России гибнет более 15 тысяч человек из-за того, что водители засыпают за рулем. Этих смертей можно было бы избежать, если бы водителям был доступен модафинил - безопасное и надежное средство от сонливости. С помощью этого лекарства американские пилоты вертолетов сохраняли боеготовность и на четвертые сутки без сна.

Эти факты, а также все, что написано ниже - это обоснование моей просьбы.

А просьба следующая - подпишитесь в комментариях к посту (ФИО и желательно место жительства) под петицией - проектом постановления Правительства РФ. Цель акции не дать правительству необоснованно ограничить применение лекарства модафинил (наше требование - внизу поста).







18 мая 2012 г. Правительством Российской Федерации было принято Постановление N 491 “О внесении изменений в некоторые акты Правительства РФ в связи с совершенствованием контроля за оборотом наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров”

Мы видим, что в законе перечень «Психотропные вещества» список наркотических вещества и психотропных веществ, оборот которых в РФ ограничен, (список II) дополнен позицией модафинил [((дифенилметил)сульфинил)ацетамид].

То есть, в момент принятия этого Постановления обычное вещество модафинил, которое без проблем можно было купить зарубежом и привезти в России, стало психотропным веществом, которое серьезно регулируется. Основанием для этого регулирования является просто внесение в один из Списков Перечня.

Каковы же ограничения, накладываемые на оборот модафинила и на каком основании они накладываются? Отдельный вопрос – кто это пролоббировал и зачем им это надо.

А ограничения таковы, что с 5 июня любой человек, у которого завалялось несколько таблеток модалерта, алертека или провигила, становится преступником, притом, его сразу можно сажать по статье 228 на срок от 3 до 10 лет!

Следующий вопрос: а есть ли какие-то основания включать модафинил в список психотропных веществ?
Мы утверждаем, что ровным счетом никаких!

Согласно отчету FDA США и журналу Neuropsychopharmacology, модафинил:
1) давно разрешен FDA в США для лечения некоторых заболеваний и не находится в контролируемом списке;
2) Он достаточно безопасен, хотя и имеет редкие побочные эффекты (1 на 1000 случаев), как и любое лекарство;
3) Он не вызывает привыкания;
4) Не вызывает галлюцинаций, эйфории и вообще какого-либо изменения настроения;

Все это подтверждено исследованиями уважаемых зарубежных ученых. Кстати, в России никакие исследования не проводились.

Для рациональных людей одного взгляда на этот список достаточно, чтобы понять абсурдность внесения модафинила в список контролируемых, в том числе уголовным наказанием, веществ.

Но кроме рациональности, есть и другой, наверное, более уважаемый нашим правительством, источник аргументов. Это Конвенция ООН о психотропных веществах 1971 года, подписанная, в том числе, и Россией (как правопреемницей СССР).

В ней в статье 2, части 4 описаны признаки, по которым ООН рекомендует вносить вещество в списки психотропных веществ, под которые модафинил не подпадает.

То есть, мы можем заключить, что даже по критериям ООН модафинил не должен был вноситься в список психотропных веществ.

Но попробуем все-таки понять, на каком основании сотрудникам Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков) пришло это в голову. Как видно из пояснительной записки к проекту постановления, руководство ФСКН сочло модафинил “легальной альтернативой кокаину”.



Это предположение может повергнуть в шок, если знать, что есть исследования по лечению кокаиновой зависимости с помощью модафинила!


[Update: два следующих абзаца переписаны, чтобы прояснить первоначальную неясность в сравнения кокаина и модафинила] В исследовании, проведенном учеными из Школы медицины Университета Филадельфии, модафинил увеличил вероятность воздержания наркоманов от кокаина на 37%. Кроме того, применение модафинила ослабляет кокаиновую эйфорию, а также снимает большую часть физиологических последствий от ломки. В отдельном посте вы можете прочитать подробности об этих экспериментах и их результатах.

Так что получается, что модафинил - это никакая не замена кокаину, это^ возможно - лекарство от кокаина, при этом безопасное и полезное, без потенциала для злоупотребления. Называть его "легальной альтернативой кокаина" и на этом основании запрещать его - безумие и абсурд.

В то же время, модафинил не только хорошее лекарство, но оно, при правильном его применении - потенциально полезно для общества!
Дело в том, что по сути единственным его клиническим проявлением является снижение сонливости на некоторое время.
Десятки тысяч людей ежегодно погибает в ДТП. Большая часть из них попадает в аварии из-за того, что они, вынужденные ехать ночью, просто засыпают за рулем. Смежил человек на несколько секунд веки – и все, его жизнь оборвалась. Еще больше людей остаются инвалидами после ночных аварий. А ведь если бы они перед дальней дорогой приняли 100 мг модафинила – возможно, всех этих смертей и не было бы…

То же можно сказать и о травматизме на производстве в ночное время и многих других областях. Совершенно не случайно 20% зарубежных ученых и студентов зарубежом время от времени принимают модафинил (и другие похожие препараты) - они хотят больше узнать, больше успеть, больше открыть!

Мы считаем, что для государства, вступившего в эру инновационной экономики, разумно вывести модафинил из Списка II психотропных веществ, куда он по некомпетентности был только что помещен, разрешить его к использованию и даже исследовать эффект для здоровых людей и выработать рекомендации по использованию препарата в разных случаях.

Мы, трансгуманисты России, обеспокоены непродуманным решением нашего Правительства и требуем:
Исключить модафинил из списка психотропных препаратов, внесенный туда постановлением N 491 «О внесении изменений в некоторые акты Правительства РФ в связи с совершенствованием контроля за оборотом наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров».

Мы, со своей стороны, при благоприятном исходе, приложим силы для инициации исследований действия модафинила на здоровых людях (добровольцах) с тем, чтобы это полезное вещество принесло значимый социальный эффект.


Оставьте комментарий к посту со словами "Поддерживаю" и указанием своего имени.




Размышления после фильма
dmitry_franz

"Немо Никто просыпается в 2092 году дряхлым стариком, ему 120 лет и он последний смертный на Земле. А вокруг вечно молодые клоны. Они счастливы. А Немо даже не может вспомнить, кто он, чтобы понять, как он стал Никем. В его воспоминаниях три судьбы. Три жизни. Три женщины и одна Любовь! Как понять, которая из них настоящая?"

Это копипаст с сайта World-art. Собственно, благодаря именно такой ненавязчивой формулировке, я и решил посмотреть этот фильм. И знаете, я не ошибся в выборе.

Около 3 часов действия, 3 жизненные истории одного человека переплетаются в фантастическом хороводе. 3 жизни, 3 женщины, одна любовь. И смерть, как результат нашего случайного выбора. Смерть каждый раз, кроме... Может быть, поэтому Немо смеется, когда время пошло вспять?

Чтобы понять всю глубину этого фильма, желательно обладать некоторыми знаниями и довольно широким кругозором.

Ну вот например. В будущем, где Немо дряхлый старик, есть один популярный телеведущий, который устраивает он-лайн голосование: жить Немо или умереть естественной смертью. И этот ведущий как-то обронил фразу, что, мол, Немо - единственный смертный человек, не прошедший процедуру "теломеразации"

Казалось бы, ну и что таково в этом термине? Подумаешь, придумали сценаристы. Но не все так просто, дорогие мои. Здесь есть прямой и недвусмысленный намек на физику процесса бессмертия, который в воображаемом 2092 году был массово реализован. Речь идет о пределе делимости клеток, называемом также пределом Хейфлика. То есть, если на пальцах, этот ученый обнаружил некий физический предел делимости наших клеток. Клетка не может делиться больше 50 раз, и хоть как ты не крути, потом наступает смерть клетки. Это биологический предел существования человека - 50 делений клетки. Предел Хейфлика.

Теперь о теломеразе. Это такой фермент, который отвечает за удвоение ДНК при ее делении. Знаете, как делится ДНК? Вот есть одна спиральная цепочка, в которой 4 вида основных нуклеотидов (аденин, гуанин, цитозин, тимин) связаны водородными связями и закручены в спираль. Когда клетка делится, происходит удвоение ДНК посредством фермента теломеразы. Ее можно представить, как поезд, у которого под днищем установлено огромное лезвие. И вот, поезд теломеразы едет аккурат посреди цепочки ДНК, разрезая ее надвое, и в это время свободные половинки образуют комплементарные пары с другими нуклеотидами. В итоге получается из одной клетки - две. И в каждой по своей ДНК.

И именно такое будущее описывает данный фильм. Мир, где преодолен предел Хейфлика, и клетки нашего тела вечно обновляются. У всех, кроме Немо.


Кроме того, фильм затрагивает такие общефизические моменты нашего мира, как 9 измерений в рамках Теории Струн или, например, стрелу времени.

«Почему дым всегда выходит из сигареты, но никогда не заходит обратно? Почему мы помним прошлое, но не помним будущее?» Это вопросы, над которыми заставляет задуматься фильм.

Главный герой на протяжении всей истории сталкивается с ситуациями, избежать которых или изменить которые может взмах крыла бабочки на другом конце земного шара. Или безработный мексиканец, который варит яйцо у себя на кухне. Разница температур и давлений создает в комнате особый микроклимат, который потом, улетая через вентиляционную шахту, попадает в атмосферу и , являясь той снежинкой, которая гнет лист бамбука, запускает цепную реакцию, вызвав ливень над Нью-Йорком. Первые капли которого напрочь размывают номер телефона, записанный на бумажке. Номер телефона той, которую он всегда любил. А если бы тот мексиканец жарил картошку, все могло бы сложиться совершенно иначе.

В общем, фильм сильный и глубокий. Очень редко кино затрагивает такие глубинные аспекты нашего бытия, как причинно-следственная связь в рамках «эффекта бабочки» или гипотезу многомерности мира на основе его имманентной квантовой неопределенности… Ну или ту же теломеразу взять….

И да, фильм называется "Мистер Никто". Советую искать режиссерскую расширенную версию, фильм офигенный!


Недостатки и борьба с ними
dmitry_franz
    Недостатки – это недовольное называние своих особенностей.
    Недостатки – это просто особенности ни к месту.
    Недостатки – это особенности, которые мы не умеем использовать.
    Бороться со своими недостатками, это все-равно, что бороться с самим собой. Можно. Но глупо.
    Борьба двух слабых людей больше всего напоминает мышиную возню, и результат такого валяния дурак дурака известен: сломаются оба. Только один – совсем, а второй…не полностью.
    Борьба двух сильных людей, особенно если силы равны, в лучшем случае перерастает в обмен опытом, а в худшем заканчивается злым паритетом. В любом случае – ничья. Конечно, бывают и победы, но они крайне редки и  стоят таких усилий, что невольно задумаешься: а стоит ли?
Не лучше ли те силы, которые мы тратим на борьбу с собой-сильным или на ломание себя-слабого направить на строительство себя-лучшего? Не подавлять плохие качества, а развивать хорошие. Со временем чаша положительных черт обязательно перевесит, и тогда мы с удивлением обнаружим в ней даже то, что ранее выглядело, как наши минусы.
 

?

Log in